#Metoo наоборот: Зоя Звиняцковская — о «новых стандартах» журналистики
Журналист и историк моды Зоя Звиняцковская высказала свое мнение об инциденте в редакции Vogue-Украина и реакции на него представителей профессии.
„ История эта не про моду и не про глянец, а только и исключительно про журналистику и стандарты профессии. “
Зоя Звиняцковская
журналист, историк моды

1, 3, 7, 10. Шахри, Панюшкин, жж-шка, блог. Вы слышите хруст? Это неумолимый фейсбук железными челюстями перемалывает в труху украинский Vogue и его главного редактора. Скандал бушует и, похоже, лишь набирает обороты.
Скажу сразу: я не имею ни малейшего представления о том, что теперь делать Vogue-Украина и его главреду, ее хейтерам и фанам и вообще всему только было заявившему о себе массиву «интеллектуального глянца». Пусть этот чарующий мир поможет себе сам. Зато у меня есть вполне конкретный вопрос к журналистской братии: «Что я пропустила?». Я действительно не заметила, что повязка сползла — с головы на ногу?

Они спокойно и даже с юморком рассказывают, как сами плагиатили и что в этом вообще-то нет ничего страшного. Такое своеобразное #metoo наоборот.

Дело в том, что в многоголосом хоре комментаторов истории с плагиатом часто и отчетливо были слышны голоса журналистов, — и в этом нет ничего странного. Ведь история эта не про моду и не про глянец, а только и исключительно про журналистику и стандарты профессии. Или то, как их понимают в этой стране. И в этой связи эти самые журналисты вдруг наговорили такого, от чего у меня лично просто волосы дыбом. Через раз, с разными интонациями и по разным причинам они спокойно и даже с юморком рассказывают, как сами плагиатили и что в этом вообще-то нет ничего страшного. Такое своеобразное #metoo наоборот.

Проводников «новых стандартов» в журналистике можно поделить на три категории. Категория первая — трепетные лани. Да, хоть мне и очень стыдно, но хочу признаться: я это сделала — давным-давно и только один раз, и буквально чуть не умерла потом от ужаса, все боялась, что узнают, а еще потом чуть не умерла от стыда и до сих пор вот прямо вздрагиваю по ночам, особенно когда читаю, что бывает с тем, про кого узнали.

Вторая категория — усталые реалисты. «Ну да, и я скопипастил пару раз, с кем не бывает. Вы думаете, этот безумный поток кто-то может выдержать? Это, конечно, не кул и гордиться нечем, но момент, в общем, рабочий и не стоит делать из мухи слона. Все это делали и наверняка еще не раз сделают, жизнь — суровая штука».

И наконец третья — циничные «профи». «Да ладно вам, котики, — лениво цедят они, — вы как будто узнали, что ваши родители сексом занимаются. Все копипастят, это нормально, собственно, так и устроен мир журналистики. А вы как думали? Правда, что ли, верили, что редактор в своем письме к вам лично обращается? А в Деда Мороза вы тоже верили, да? Просто надо все делать грамотно, чтобы не попадаться, я вот посмотрел, как Оля попалась, и сразу вспомнил, сколько за мной чего, сижу радуюсь, что по факту аккуратнее ее все «зашил».

Даже как-то неловко говорить, что брать чужой текст и выдавать его за свой нельзя.

На волне всех этих откровений в стилистике «кто дальше плюнет» даже как-то неловко говорить, что брать чужой текст и выдавать его за свой нельзя. Вроде бы, совершенно очевидная информация, не нужно ее специально проговаривать, что-то вроде того, что я мою руки перед едой. Но теперь мне вовсе не кажется, что это очевидно. И у тех, для кого это не очевидно, хочется спросить: «Вы что, осатанели? Не понимаете, что хорошо, что плохо? Путаете день с ночью?». Да это ж базовая вещь, граунд-зеро: текст, написанный автором в медиа, должен принадлежать автору. Воровать стыдно, а признаваться в этом — самоубийственно. Репутации конец, сразу и навсегда.

Воровать стыдно, а признаваться в этом — самоубийственно. Репутации конец, сразу и навсегда.

Вчера поздно вечером наконец появилось совместное заявление Condé Nast International и холдинга «Медиа Группа Украина». Оно состоит в буквальном смысле из двух предложений и первое сразу же расставляет все точки над «i»: «Мы категорически против плагиата и начинаем внутреннее расследование, чтобы прояснить все обстоятельства и детали случившегося». Собственно, это единственно возможная оценка происходящего.

Возможно, Vogue-Украина ждет смена главного редактора, я не знаю. Но точно знаю одно: мы все, редактора и журналисты глянца и не только, точно не сменимся, мы останемся здесь, там, где и были, — и смены нам никакой не предвидится. И это не слишком-то вселяет оптимизм, потому что теперь, после вскрытия этой вонючей бомбы, я, к примеру, вижу, что, навскидку, процентов эдак 20 тех, кто считает себя журналистом или просто пишет в медиа, совершенно нормально относятся к копипасту и даже не стесняются признавать это публично. И они же среди нас, вот прямо сейчас. Можно сказать, они и есть мы. И нам всем теперь с этим нужно что-то делать.

Написать комментарий

Такой e-mail уже зарегистрирован. Воспользуйтесь формой входа или введите другой.

Вы ввели некорректные логин или пароль

Sorry that something went wrong, repeat again!

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: